Главная » 2018 » Февраль » 26 » Вашу честь
13:26
Вашу честь
Болезнь моя только в том, что за двадцать лет я нашёл во всём городе только одного умного человека, да и тот сумасшедший! (А. П. Чехов)

Надысь… в одиночестве — музыкой мне навеяло.
Помнится, в Ершовский районный суд поступил иск — о возмещении одному из граждан нашего уезда существенного вреда.
Поступил, таки… поступил.
Мало ли исков имущественного характера ежедневно направляется в суды, но тот случай, на моей памяти, несколько особый. Скажи, запомнится же…
Председатель суда, то ли по причине: временной амнезии… после вчерашнего употребления, то ли уже стабильной атрофии головного мозга… после долгих годов службы, не вникая в суть заявленных требований, взял, да и отписал то гражданское дело — на рассмотрение одному из подвластных ему судей.
Сколь бы я к тому судье не забегал в кабинет: откушать чайку или раскурить трубку, то всё на столе видел оное дело — без движения, до которого у него, вишь ли, руки никак не доходили... и оно всё откладывалось по надуманным причинам и основаниям. Так бы, верно, и оставался иск без движухи, если бы я его однажды не пролистал и не отметил, что ущерб то причинён, отнюдь, не простому гражданину, а самому... Председателю Исполкома.

— Ты, что же это, - говорю, - вашу честь, дело такое важное не рассматриваешь! Либо не видишь, яко холопы барина своего ударились в хлопоты пред важной для них персоной! Вона их сколь в коридоре ноне топчется, переминаясь с ноги на ногу, да гоняя шары по карманам!

— Каким-таким, - вопрошает, - барином! Разве! Та… где же, - спрашивает, - ты раньше то был! А ведь мне никто толком ничего о нём и не сказал! А я смотрю, что это, вдруг, стали меня донимать ходоки, при галстуках и бабочках, требуя срочного взыскания с виновного лица причинённого ущерба с совершенно чужой для них — автомашины «Nissan»…
И тогда приятель, губою слюнявя палец, давай листать тощее дельце на шестнадцати листочках. А оно, надо сказать, и не представляло особой сложности для рассмотрения. Нет-нет… там никто никого не взрывал; никто не стрелял в машину гражданина... при Власти.
Вяз, видите ль, всего-то и рухнул.
Дерево завалилось. Упало. Ага… на машинку. Какая, казалось бы, мелочь. Хренотень. Но дело то всё было в сторонах спора. Тогда-то и началось. Завертелось.
Закрутилось.

И только судья назначил дело к рассмотрению, как к нему заявилось сразу аж… пять адвокатов, да с самой, вишь ли, с Саратовской Губернии. Тогда-то, председателю суда Карпычу и сообщили о проявлении нездорового интереса залётных хапунов, к казалось бы, простенькому дельцу... богатейших в поселении, мать их ети, лиц.
Задумался тогда председатель.
Зазудело... в паху у жлоба. Засвербило... подмышками у шкурника. Зачесался весь, аки обезьян в зоопарке, Карпыч. Такие взорвались в голове фейерверки, такие забили фонтаны о новых странствиях и путешествиях по миру.
По заграницам.
Ведь весна, видите ль, граждане, наступает не только из-за отключения батареек отопления... и близости Земли к Солнцу.

Виданное ли дело, дабы в глухом уезде разом пять адвокатов предъявили судье ордера на их участие в деле. Это каким же надо было обладать капиталом, это сколь надобно было наворовать, чтобы насытить всю эту губернскую свору, эти слащавые морды представителей Председателя Исполкома.
А далее, граждане, следите за работой и действом мозга великого шулера.
Председатель суда тут же решил всё переиграть. Вестимо, меркантилист рассудил — передумать. Ведомо, хапуга… на генетическом уровне, повершил — перерешить вопрос.
И гражданское дело тут же, в срочном порядке, перекочевало в пределах городского суда из одного кабинета — в другой, перенесено нежными ручками секретарей, в юбчонках, с одной полированной поверхности стола на другую… но наиболее полированную.

— Епона Матрёна! Ну-с… мне ли аппетита сего шкурника, Карпыча, не знать! Моей ли личности не помнить, как единожды этот, седовласый крутой алтынник, чуть было не соблазнил полюбливаемую мною молоденькую секретаршу суда… лететь с ним в качестве эскортницы — на Юга.
На моря.
А на такие увеселительные вояжи судье, вишь ли, бабло требовалось. Всегда. Насилу, чёрт бы его побрал, и отбил тогда ту прелестную… воркующую по ночам, в тиши, птичку.
— Нет, сколь бы вы, граждане, с судьями ни дружили, сколь бы их ни «кормили»… они всё в ваш карман заглядывать будут! Сколь бы Монарх ни повышал оклад их и премиальные, ваша мошна им всегда кажется толще. Это мои долгие жизненные наблюдения и пусть плюнет на мою тень тот из государевых служек, нежели я в своих выводах не прав или заблуждаюсь.

А судебное решение Карпыча заведомо было всем интересантам дела прогнозируемым. Потому-то, Председатель Исполкома, Цибулин, зная о корыстолюбии судьи, сокрушался, крестя и матеря всех Архангелов с Ангелами и их Ангелочками, на Небесах, возложив и без суда вину в причинении вреда его автомашине на начальника ЖЭКа, некогда своего подчинённого, Яковлева.
Нежели Цибулин обвинял последнего в том, что… протирая штаны в кресле своего кабинета, тот не принял надлежащих мер по благоустройству территории на вверенном ему предприятии, то Яковлев, в свою очередь, крестил, на чём Свет стоит, уже своих трудяг, начиная: от работников канализации, нечистот и отхожих мест городка... до их патронов и многочисленных сатрапов, кои на последнем субботнике, посвящённом юбилею Стёпки Бендеры, не спилили всего-то одно болезное и хворое дерево.

А вот и суд.

Представители истца поясняли, разъясняли и убеждали судей в том, что были свидетелями того, как на их глазах, дерево столетнего вяза медленно падало на кузов автомашины Цибулина, припаркованной у здания конторы ЖКХ. Они же, мол, как ни пытались удержать тот вяз руками, ногами, мощами, но не смогли оного падения предотвратить по причинам… от них независящим. Видели они и то, как выйдя из здания на улицу, Цибулин был сражён в самое сердце видом смятого кузова своей любимой машины, а потому губу сразу раскатали — на многомиллионные взыскания с ответчика и морального вреда.
А что же Карпыч…
А сей корыстолюбец редко выносил судебное постановление без выгоды для себя. Восемнадцать лет он только и работал на себя, эгоиста, набивая карманы денежными ассигнациями, именуемые законодателем не иначе, как взятка. При том, действовал умудрённо… и лишь в интересах лиц, её дающих, изобретая каждый раз новые и более изощрённые методы мздоимства.
На кой ляд, спрашивается, было ему самому рисоваться и стыдиться на народе, коль для того были свои, послушные адвокаты.
А потому... каждый раз.
Перед началом судебного заседания из его кабинета, поддёргивая портки, конём выскакивал личный адвокатишка Крол и, не давая одуматься находившимся в паническом расположении духа участникам процесса, протягивал к их карманам свой картуз, сравнимый лишь с грузинским «аэродромом»…
Ну… произнесёт тот защитничек, чёрт бы его побрал, нечто сокровенное им скороговоркой, и давай сотрясать воздух, напевая осанну. Если не помогали: ни моления о помощи… ни хвалебные возгласы в адрес судьи, то тот уже пел лазаря, пытаясь разжалобить ни черта непонимающую клиентуру, что даже цветы расцветали, в коридорах суда.
Естественно… на линолеуме.
А как пахли то, мать честная… как же они пахли.
Ага… полем, лугом, степью. Девицами… в расписных кружевных сарафанах.

Иной раз, пока посидишь в проходе, томясь от безделья, наблюдая за взад-вперёд снующими секретаршами: с пухлыми щёчками, наливными бюстами и точёными девичьими ножками, на каблуках, таки… обчешешься весь. А как завидишь упакованную в тесной юбке или аглицких модных колготках вибрирующую ягодицу молодки, таки… слюной, к чёртовой матери, изойдёшь.
— Нет-нет… не вру. Чистая правда, ибо даже правильной постановкой ноги, на каблуке, те красавишны могли весь мой мирок перевернуть. Завоевать. А коль ещё какая интересная куколка и просемафорит хитрющим, с прищуром оком, подведённым, углём, да по весне, таки… обзавидуешься.
Конечно, председателю. Естественно, Карпычу... забодай его комар!
О чём это я…
Ах, да… дико извиняюсь — заволокло, понимаете ль, глаз туманом. От воспоминаний.
Ностальгия-с…
Да-да… самые разные мысли мучают участников процесса, ожидающих разрешения их спора — по существу... с выражением лица Герасима, утопившего любимую свою собачку «Муму». А каким, скажите, силам тем бедолагам остаётся верить; каким Богам кланяться, если пред ними вырастало тело их законного представителя, будто демона — из Преисподней. И на лице синяк страсти, да и шёпот… ором спаривающихся черепах.

— Так, быстро, быстренько… достали, потрясли, растрясли мошну! Так, оперативно, мухой… освободили карманы, мешочки, тугие кошелёчки! Кажется, мы с судьёй уже разрешили спор в вашу пользу! Скоренько… поспешайте! Судья ждать вас не будет! Всё, собрали… а знать — паника отменяется.
Тем самым, Крол, показывая свою значимость и роль благодетеля в исходе дела, тут же выдвигал новые требование, чтоб те торопились собрать для судьи более крупную денежку. А ведь тот жрец правосудия не на самофинансировании, но деньги, видите ль, для него были, аки для еврея, всегда — с заглавной буквы.
И не ждите, граждане — такие не поперхнутся. Не подавятся.
Вот тут... двоякое у многих мнение. Как выкинуть своё, кровно заработанное. Ну, не с бухты же… барахты. А в то же время, как не верить защите, коль тот «карманный»… адвокат выбегал не из гальюна с расстёгнутой мотнёй и не от вахтёрши Лушки с пирожком во рту, а из кабинета самого председательствующего.
Ага… который в мантии.
А раз от него вылетел, значит служка Государя гарантирует им благоприятный и, без каких-либо проволочек — нужный результат. Как не выполнить таких, казалось бы… ненавязчивых, но молниеносных требований адвоката, коль он застывал в благодарном пред ними — пардоне. Всё, поди, выложишь. Всё, пожалуй, отдашь. Десять тысяч, конечно, вас не спасут, но помочь то помогут.
Иногда.
А можно ли верить таким хамам — кому эти капиталы, вообще, собираются, если дело ваше, к примеру, заведомо беспроигрышное. Вот… то-то и оно. Может… и судья, как говорится, о том: ни сном ни духом. Так и попадает наш безграмотный народ, аки щука на блесну. Такие кролы, дабы опустошить ваши карманы, не только задавят своим интеллектом, но и загладят, заглядят вас — до смерти.

А тогда… припоминаю. Судья огласил резолютивную часть решения, согласно которого руководство коммунального хозяйства было обязано возместить ущерб, причинённый падением древа на автомашину Цибулина.
В полном объёме.
Мог ли искусственный интеллект судьи сравниться с естественной глупостью. Однако, в решении было указано, что Цибулин, заехав на территорию ЖКХ, не сам выбирал место для парковки машины «Nissan», а то место ему показал охранник хозяйства Лопатин. Оказалось, что сторож — этот гибрид долгоносика с толстолобиком, сам поставил и машину под высохший вяз, тем самым... подставив и фирму, где подрабатывал сторожевым.
Отож… псом.

Меж тем… При рассмотрении гражданского дела, Карпыч принял во внимание заключение главного лесничего уезда, Светлого-Дуракова, о том, что в високосные годы... вяз имеет свойство болеть не токмо бактериозом, но и водянкой, а потому начальству необходимо было следить за рабочими и служащими, обильно орошающими дерева без какой-либо надобности и причины, а ещё и без консультаций со специалистами лесхоза.
Признал судья вину руководства ЖКХ и в том, что оно своевременно не выявило это заболевание и вяз упал по их вине, а не по воле случая и Святых Угодников.

Яковлев же, в своё оправдание, пояснял, что суд обязан учесть историческую значимость того дерева, ибо именно к этому вязу, дожидаясь почтовой кареты, позапрошлым веком подходил видный русский писатель Короленко, несколько раз опорожняя свой мочеточник от переработанного им жигулёвского пива, произнеся, при том, исторические в нашем Заволжье словеса: «Пусть лучше лопнет моя совесть, чем мочевой пузырь!»…
А потому… В период перестройки вяз был ограждён: металлической цепью, с закреплённой на стволе вывеской и аккуратно выведенной рукой секретарши надписью: «Под этим дубом творил и отдыхал великий русский писатель Короленко, написавший роман — «Дети подземелья»…
Что у вяза кто-то творил и вытворял из работников фирмы, в том никто в суде не сомневался. Знавали о том и все работники ЖКХ, особенно, в дни: выдачи аванса и получки, но все почему-то забывали и фамилию того писарчука, и уж… тем паче, изданный им шедевр классической литературы.

В свою защиту Яковлев, ставя во главу угла — несчастный случай, указывал, что причиной падения дерева могли быть: грибы-возбудители гнилей, длительное время разрушавшие древесину, поражая его корни, отчего падение было просто неизбежным.
По его мнению… мочевина его работников могла являться полезным удобрением для дерев в степной зоне и что это, дескать, вопрос дискуссионный, а посему должен быть рассмотрен в научной среде, но никак не в районном суде.

— А бывал ли, вообще, в наших краях писатель Короленко! - до сих пор все задаются этим вопросом. - И почему, именно, дуб фигурировал в деле, коль на иномарку рухнул старый вяз.
Однако… Жителям поселения было известно, что именно тот вяз принёс Яковлеву немалый доход посещением... как: любителей мастера русского слова, так и гостями города, который позволил ему, впоследствии, открыть в черте города свой продуктовый рынок.
Никто не знавал, была ли в детстве у Яковлева в няньках бабка, похожая на Арину Родионовну, но каждый раз тот удивлял всех своими непредсказуемыми... сказочными идеями.
Фантазиями.
Сказывают, что воспитывала Серёгу бабка с редкой фамилией, Свинобой-Комар, а потому и защита была с его стороны неординарной и нестандартной, как и фамилия его милейшей бабки... с её учёной степенью.
Так, требуя признать виновными происшествия: жучков-короедов, усачей, перепончатокрылых из семейства рогохвостов, а также хрущей, проволочников, долгоносиков, грызунов, он полностью снимал материальную ответственность... как с предприятия, так и с самого себя, любимого.

— У дерев, - сказывал он, - как и у людей, свой срок жизни: одни раньше умирают, другие позже, но никто не может знать, когда одно из них может на что-то рухнуть, кого-то задавить, придавить, придушить, а потому, мол, визуально это определить невозможно.
А в конце судебного заседания оный плут высказал и свои соображения о том, что нежели, дескать, пробурить планету Земля с Северного на Южный полюсы и бросить в то отверстие камень, то он-де… не долетит до конечной его точки, ибо на глубине семи метров тот кирпич сожрёт маленькая, хиленькая и зелёненькая камнеедка.

— Мдааа... уж. А разве, - заявлял он, - жучки-короеды, сожравшие наше древо, пропустят на своём пути что-то подобное, как и та самая, мелкая камнеедка, которая только и существуют для того, чтобы уничтожать всё движущееся и всё живущее на нашей и в нашей земле! Это Закон природы! - говорил Яковлев суду.
— Не как добропорядочный гражданин, а как начальник ЖКХ, я должен заявить, что собственник автомобиля сам не предусмотрел того, что дерево недолговечно, хотя мог и должен был предусмотреть. Налицо — тупая самонадеянность, простая небрежность и халатность самого Цибулина, которые он не должен перекладывать на плечи руководства жилищной конторы, вины которого нет, да и быть не может!
— Именно собственник обязан был застраховать своё имущество, а именно — дорогостоящую машинку. Цибулин же, из-за своей безалаберности, проигнорировал это действо, а потому сам в том и виновен! - сказал в заключении родственник семейства Свинобой-Комар, окончивший когда-то Парнокопытную Академию города Саратова.

Какое было вынесено определение судебной коллегии по гражданским делам областного суда, вам не трудно догадаться, зная истинный смысл поговорки: «Ворон ворону — глаз не клюёт»… в полном и расширенном виде.
Жаль время прошло, а то так бы ноне я крикнул: «Судью — на мыло! Упыря — к ответу!»… Так, что ты... что ты! Разве теперь докричишься, ибо ныне он уже отставной судья или, как сказывают — отставной козы барабанщик. Да, к тому же, смылся.
Скрылся.
Воздух Балтики, вишь ли, его организму ноне пользителен. Оставил след и в истории родного края, а нынче пыхнул в революционный Петербург, видимо, планируя там встретиться со Святым Архангелом Михаилом. А может, по привычке, ещё и там нагадить: в шалаше Ильича, али на крейсере «Аврора»... ибо сказывают, с отъездом поспешал так, что аж… губы обветрили, будто осы их накусали.
— Ну-с, таки… дай Бог ему здоровья! Да и кто у нас, братцы, не без греха. Многие из нас и в период развала страны, когда другие голодали, мазали кусок хлеба с двух сторон. Вестимо… икрой. Но тут уж — как есть… не на кого держать обиду, кто на кого, видите ль, учился! Кто чего в жизни своей добился, кто каких высот достиг.
А что, вообще, может нынче сказать нам в ответ Карпыч.
— Завидуйте, - скажет, - ибо громко и так мило… смешно вы пищите!
Категория: "Метла" | Просмотров: 237 | Добавил: Levichev | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]